Обобщение судебной практики 

рассмотрения  Еманжелинским городским судом

 Челябинской области  в 2024 году уголовных дел по преступлениям, предусмотренным ч. 3 ст. 158  Уголовного кодекса Российской Федерации 

        Еманжелинским городским судом проведено обобщение судебной практики по уголовным делам за совершение преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 158 УК РФ (Кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное: а) с незаконным проникновением в жилище; б) из нефтепровода, нефтепродуктопровода, газопровода; в) в крупном размере; г) с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного статьей 159.3 настоящего Кодекса)

Статья 158 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за кражу, то есть тайное хищение чужого имущества. Под хищением понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

Предметом хищения может быть чужое имущество, однако не любое имущество, перечисленное в ст. 128 ГК РФ, может являться предметом хищения, а лишь обладающее тремя признаками.

         Вещный признак имущества как предмета хищения предполагает, что имущество как предмет хищения должно иметь определенную физическую форму, т.е. его материальную субстанцию можно воспринять органами чувств в объективном мире.

Выделяется четыре возможные комбинации: 1) вещные предметы, могущие быть предметом хищения; 2) невещные предметы, могущие быть предметом хищения; 3) вещные предметы, рассматриваемые как право на чужое имущество; 4) невещные предметы, рассматриваемые как право на чужое имущество.

Вещные предметы, могущие быть предметом хищения. Это самоочевидное, традиционное понимание предмета преступления в хищении, которое на сегодня ограничивается за счет перевода некоторых вещных предметов в категорию права на имущество (как то, например, недвижимое имущество, посягательство на которое рассматривается в силу п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. N 48 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате" как мошенничество в форме приобретения права на чужое имущество).

Относится к предмету хищения движимое имущество; наличные денежные средства (в любой валюте, при этом являющиеся подлинными и действительным или же подлежащим обмену средством платежа); документарные ценные бумаги на предъявителя; именные и ордерные документарные ценные бумаги (хотя в отношении них возможно, по сути, только мошенничество, так что завладение ими следует квалифицировать как приготовление к мошенничеству при тайности похищения либо же по совокупности с насильственными преступлениями из главы 16 УК); недвижимое имущество, которое может быть превращено в движимое без особых потерь потребительской стоимости и целевого назначения (например, деревья и кустарники, ограждения).

Предметом хищения также могут выступать "денежные суррогаты" - частные средства платежа, номинированные в рублях или иных единицах (могущих быть переведенными в рубли) и имеющие ограниченное хождение в сфере реализации товаров, выполнения работ, оказания услуг (п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 декабря 1980 г. N 6 "О практике применения судами Российской Федерации законодательства при рассмотрении дел о хищениях на транспорте"; п. 8.1 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 11 июля 1972 г. N 4 "О судебной практике по делам о хищениях государственного и общественного имущества"). В зависимости от типа денежного суррогата (номинативные, премиальные, платежные или дисконтные) квалификация преступных действий может различаться.

Сложности возникают в связи с квалификацией хищения вещных (или похожих на вещные) предметов, таких как газ, нефть, электроэнергия, вода, услуги связи и Интернета и т.п. (см. также п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. N 48). Разграничительная линия проходит по тому, можно ли заключить соответствующий предмет в ограниченный объем, т.е. превратить его в вещь. Как следствие, электроэнергия, тепловая энергия, услуги связи и Интернета не могут рассматриваться как предметы хищения и подпадают под действие ст. 165 УК. На возможность признания нефти, газа, иных текучих или эфирных продуктов предметом хищения прямо указывает п. "б" ч. 3 ст. 158 УК (это же относится, например, к воде), однако здесь необходимо каждый раз перед отнесением соответствующего продукта к предмету хищения иметь возможность измерить его и оценить (т.е. хотя бы гипотетически заключить в ограниченный объем). В отсутствие такой возможности содеянное следует квалифицировать по ст. 165 УК.

Невещные предметы, могущие быть предметом хищения. К ним прежде всего относятся безналичные (электронные) денежные средства, а также криптовалюта.

Вещные предметы, рассматриваемые как право на чужое имущество. Попытка определить такие вещные предметы дана в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. N 48. К этим вещным предметам относятся все, правовой титул в отношении которых требует государственной регистрации (ст. 131 ГК РФ), например, недвижимое имущество, либо принятия правоустанавливающего решения, а также векселя.

Предметом хищения также не могут выступать так называемые легитимационные знаки - номерные жетоны гардеробов и камер хранения, иные знаки, удостоверяющие прием вещей на хранение, карточки банковского клиента и т.п., а также документы, предоставляющие право на получение чужого имущества, но при этом не являющиеся ценными бумагами (например, документы на доступ к банковскому сейфу, ломбардные квитанции). Завладение ими следует квалифицировать как приготовление к мошенничеству при тайности похищения либо же по совокупности с насильственными преступлениями из главы 16 УК.

Невещные предметы, рассматриваемые как право на чужое имущество. Эта разновидность предмета преступления охватывает бездокументарные ценные бумаги и имущественные право.

Ряд объектов гражданских прав не может составить предмета посягательства для целей главы 21 УК ни при каких условиях, как то, например, информация, интеллектуальная собственность (в случае, если последняя овеществлена, то предметом посягательства может служить вещь, в которой воплощена такая собственность, при условии что преступление совершается либо ради этой вещи самой по себе, например ради материала в виде куска мрамора, представляющего собой скульптуру, либо ради той стоимости, которую представляет, например, произведение искусства, в котором воплощается интеллектуальная собственность). Данные посягательства могут быть квалифицированы по ст. 146 - 147, 180, 272, 275, 276 УК.

       Экономический признак имущества как предмета хищения предполагает, что им может быть лишь то, что обладает объективной экономической стоимостью.

        Юридический признак имущества как предмета хищения предполагает, во-первых, что оно не является изъятым из свободного гражданского оборота и ограниченно оборотоспособным (ст. 129 ГК РФ) и, во-вторых, что оно является для виновного в правовом смысле чужим.

Хищение изъятых из оборота и ограниченно оборотоспособных объектов предусматривается, как правило, специальными нормами уголовного закона (например, ст. 221, 226, 229, 325 УК), и лишь в отсутствие такой специальной нормы хищение соответствующих предметов можно квалифицировать по нормам главы 21 УК.

Второй элемент юридического признака имущества предполагает, что имущество является для виновного чужим, т.е. находится на момент хищения в фактическом обладании другого лица и не принадлежит похитителю на праве собственности. Фактическое обладание другого лица не требует обязательного правового титула на это имущество: поэтому можно похитить уже краденую вещь.

         Объективная сторона хищения заключается в противоправном безвозмездном изъятии и (или) обращении чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинивших ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

Изъятие следует понимать как извлечение (исключение, удаление, выведение) имущества из владения собственника или иного владельца, а обращение - как перевод (попадание, переход) имущества в незаконное фактическое обладание другого лица.

Противоправность изъятия и обращения предполагает, что виновный не имеет действительного или предполагаемого права на похищаемое имущество. Добросовестное заблуждение в наличии такого права исключает ответственность за хищение и может при наличии к тому оснований квалифицироваться по ст. 330 УК.

Безвозмездность следует понимать как отсутствие полной компенсации за похищенное имущество. Частичная компенсация за похищенное не исключает уголовной ответственности (п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 11 июля 1972 г. N 4 "О судебной практике по делам о хищениях государственного и общественного имущества").

Хищение также должно происходить в пользу виновного или других лиц. При этом другие лица должны находиться в таком отношении к виновному, чтобы он был заинтересован в их обогащении. Отсутствие такой заинтересованности исключает хищение: похищение имущества единственно с целью его уничтожения (повреждения) не может рассматриваться как хищение, поскольку не приносит никакой прямой пользы виновному или другим лицам. Косвенная польза (хотя бы и сопряженная с корыстным мотивом) (например, убить после хищения скаковую лошадь конкурента) не может свидетельствовать о хищении.

Преступление предполагает причинение ущерба собственнику или иному владельцу имущества.

           Субъективная сторона хищения (ст. 158 - 162 УК) характеризуется прямым умыслом и корыстным мотивом, предполагающим желание виновного обогатиться самому или обогатить других лиц, в обогащении которых он заинтересован (родные, близкие, кредиторы виновного, его соучастники по совершению преступления и т.п.). Соответственно, отсутствуют признаки хищения в случаях так называемого временного позаимствования, когда имущество изымается на время с последующим возвратом.

         Особо квалифицирующими признаками кражи (ч. 3) признаются совершение преступления: а) с незаконным проникновением в жилище (п. 18 - 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. N 29); б) из нефтепровода, нефтепродуктопровода, газопровода; в) в крупном размере (п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. N 29). Кража с банковского счета или электронных денежных средств (п. "г") предполагает хищение, совершаемое без обмана работника кредитной организации (например, путем использования заранее похищенной или поддельной расчетной карты, если выдача наличных денежных средств осуществляется посредством банкомата без участия уполномоченного работника кредитной организации) или непосредственно потерпевшего. В противном случае содеянное квалифицируется по ст. 159 или 159.3 УК. К моменту окончания кражи в этой ее разновидности применим п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. N 48. Для вменения данного признака также не имеет значения размер похищенного имущества. Конкуренция с п. "в" ч. 3 ст. 159.6 УК разрешается в пользу данной нормы в случае, если имел место особый способ совершения преступления, указанный в ст. 159.6 УК, т.е. если виновным было оказано незаконное воздействие на программное обеспечение серверов, компьютеров или на сами информационно-телекоммуникационные сети (п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. N 48).

Общественная опасность рассматриваемого преступления заключается в ее повышенном общественно  опасном характере по сравнению с менее тяжкими видами кражи. Особо квалифицирующие обстоятельства увеличивают степень общественной опасности преступления, поскольку затрагивают не только материальные интересы потерпевшего, но и создают угрозу безопасности жилища и общественного порядка.

Согласно статистическим данным в 2024 году было рассмотрено 16 уголовных дел о преступлениях, связанных с тайным хищением чужого имущества, совершенное: а) с незаконным проникновением в жилище; б) из нефтепровода, нефтепродуктопровода, газопровода; в) в крупном размере; г) с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного статьей 159.3 настоящего Кодекса)

из них:

- рассмотрено 14 уголовных дел (в общем порядке), все с вынесением обвинительного приговора, из которых по 11 делам назначено наказание в виде лишения свободы условно с применением ст. 73 УК РФ), по 1 – назначено наказание в виде принудительных работ, 2 дела прекращены за примирением сторон, по 1 делу применены меры медицинского характера.  

Сложностей, связанных с назначением наказания за преступления, предусмотренные ч. 3 ст. 158 УК РФ, не возникало. Случаев, назначения дополнительного наказания  – не имеется.

В апелляционном порядке обжалованы 2 приговора: 1 измене с усилением наказания, 1- отменен и направлен на новое рассмотрение.

Так, по уголовному делу № 1-81/2024, прокурором г. Еманжелинска  был обжалован приговор Еманжелинского городского суда от 03 апреля  2024 г. по ст.157 ч.1; ст.158 ч.3 п.а УК РФ. Судом апелляционной инстанции от 27.08.2024 приговор изменен с усилением наказания.

По мнению судей Еманжелинского городского суда, при наличии множества смягчающих обстоятельств, особенно при первом совершении преступления небольшой или средней тяжести, полном возмещении ущерба, возможно назначить наказание, не связанное с реальным лишением свободы (штраф, обязательные работы, принудительные работы, условное осуждение). При наличии отягчающих обстоятельств, рецидива преступлений, причинении значительного, а также в случаях, когда суд приходит к выводу о невозможности исправления виновного без изоляции от общества, возможно назначить реальное лишение свободы.

Случаев возвращения прокурору уголовных дел, предусмотренных ч. 3 ст. 158 УК РФ в порядке, установленном статьей 237 УПК РФ в указанный период, не было.

Судебные решения об оправдании, прекращении уголовных дел, предусмотренных ч. 3 ст. 158 УК РФ в связи отсутствием состава, события преступления и непричастностью к преступлению, не выносились.

В указанный период Еманжелинским городским судом было прекращено два уголовных дела по ч. 3 ст. 158 УК РФ в связи с примирением с потерпевшим.

Так, по уголовному делу № 1-105/2024 в отношении Тельман К.А.  обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного  п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, вынесено постановление о прекращении уголовного дела в связи со смертью подсудимого.

По уголовному делу № 1-40/2024 в отношении Абдумуталов Х. Д.у, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного  п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ,   уголовное дело прекращено в связи с примирением с потерпевшим.

  Потерпевший обратился с заявлением о прекращении уголовного дела в отношении подсудимой Абдумуталов Х. Д.у в связи с возмещением причиненного ущерба и примирением сторон. В связи с тем, что Абдумуталов Х. Д.у  до совершения инкриминируемого ей преступления, не судима, была согласна с прекращением уголовного дела по не реабилитирующим основаниям, между сторонами достигнуто примирение, подсудимая компенсировала моральный вред, суд, на основании заявления потерпевшего принял решение о прекращении производства по делу в связи с примирением сторон. 

Выводы и предложения:

Обобщение показало, что в целом судьями правильно применяются нормы материального и процессуального права при рассмотрении уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ч. 3 ст.  158 УК РФ, случаев их нарушения выявлено не было.

Все уголовные дела рассмотрены в сроки, предусмотренные уголовно-процессуальным законодательством.

Вопросов и трудностей при рассмотрении таких дел не возникает.

 Настоящее обобщение обсудить на оперативном совещании судей  Еманжелинского городского суда Челябинской области.

               Судья                                                                           Э.Г. Касьянова